1. Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться данным сайтом, Вы соглашаетесь на использование нами Ваших файлов cookie. Узнать больше.

Конкурс эссе к 200-летию Н.В.Гоголя

Тема в разделе "Литкружок", создана пользователем Vita, 23 мар 2009.

  1. Vita

    Vita Старожил

    В этой теме размещаем свои эссе по поводу произведений Н.В.Гоголя.

    Победителем станет произведение набравшее наибольшее число голосов.

    Важно: подведение итогов состоится утром 3 апреля. По новому стилю День рождения у Гоголя 1 апреля, но мы не формалисты, такой юбилей можем праздновать и три дня :)
     
  2. Vita

    Vita Старожил

    Ответ: Конкурс эссе к 200-летию Н.В.Гоголя

    Гоголь и Гламур
    Всё-таки удивительный писатель Гоголь. Вечносовременный. А, может быть, это страна у нас такая – вечнонеизменная? Проходят годы, сменяют друг друга века, изменяются детали – звуки, краски, формы - но не суть. Она неподвластна времени, её разрушить не под силу ни эволюции, ни революции.

    Величие гения Гоголя – в умении увидеть, ощутить, почувствовать и понять именно эту глубинную сущность страны. Не России или Украины, но Руси. Отсюда и неизменная актуальность его произведений и затрагиваемых в них тем. Меняются со временем лишь декорации и актёры, а сценарий остаётся прежним.

    Вот «Ночь перед Рождеством». Первый и последний раз я читала её в школе, где-то в средних классах. Потому что того требовала учебная программа вообще и моя учительница литературы в частности. Произведение мне очень понравилось, но, подозреваю, несколько в ином смысле, чем это подразумевалось и программой, и учительницей. «Какая классная и смешная сказка!» - вот был мой вердикт. Ну, в самом деле, как можно серьёзно анализировать произведение, где ведьмы кокетничают с купцами, черти крадут месяц, а вареники сами вываливаются в сметане и прыгают кому-то в рот?

    И вот я, теперь уже вполне взрослый (по крайней мере, судя по биологическому возрасту) человек, перечитываю «Ночь перед Рождеством». Перечитываю – и грустно усмехаюсь: нет, не сказка это, к сожалению. Это жизнь. Самая, что ни на есть реальная и современная.

    Взять, например, героиню Оксану. Вам она никого не напоминает? Гламурная стервозная пустышка, единственное достоинство которой – состоятельные родители, малодушно потакающие прихотям дочурки. Из своего, разве что, смазливая мордашка – во времена Гоголя просто не было такого понятия, как «тюнинг». Вот и наградил он свою героиню природной красотой. Сейчас всё проще: силикон вам в руки, «красавицы»! Точнее, в губы, бюст, попу – везде, куда природа натурпродукт не доложила.

    Забавно, даже имя соответствующие ассоциации навевает: Оксана – Ксюша… Впрочем, нет, для гоголевской героини такое сравнение слишком комплиментарно. У современницы хотя бы есть высшее образование, мозги и чувство юмора.

    И вот идёт себе по жизни такая дивчина в черевиках от «Маноло Бланик» и плюёт на всех и вся с высоких шпилек. Подруги? Только такие, которые будут выгодным фоном оттенять её неземную красоту. Мужчины? Только такие, которые смогут бросать к её ногам бриллиантовые колье, ключи от «Бентли» и love-туры на Мальдивы. Просто окружающие? А кто это? Разве они вообще существуют?..
    Казалось бы, ужасное существо рода человеческого получается. Как такую можно полюбить? Но ведь любят же… И во времена Гоголя любили, и сейчас продолжают. Вакула, вон, самого чёрта укротил и царицу разул, только чтобы Оксане своей угодить.

    А ведь сколько других девушек жило в хуторе? Наверняка были среди них и умницы, и красавицы, и хозяюшки отменные, и даже всё это, вместе взятое, «в одном флаконе». Однако, слетались парубки все на Оксану почему-то. Как мухи, право слово... Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что и разлетались они весьма оперативно.

    Увы, гоголевский финал печален, как сама жизнь. Лучшее, как это ни прискорбно, досталось худшему. И слёзы Оксаны на тему: «я и без черевиков согласна…» явно вызваны не столько беспокойством о судьбе Вакулы, сколько осознанием, что последний и самый верный поклонник тоже исчез, а значит осталась красавица у разбитого корыта. Провыбиралась, как в народе говорят, получается. Обидно, однако!

    Вот такой вечносовременный Гоголь. Может быть, и не задумалась бы я именно об этой теме, не попадись мне совсем недавно уже современное произведение всё о том же, о вечном. Привожу ниже в виде «как есть», орфография и пунктуация авторские, автор, увы, неизвестен.

    Забыли мальчишки девчонок простых,
    Ведутся на сучек гламурных.
    Да, пусть у нас нету волос накладных
    И не "по ГОСТу" фигуры.
    Вам бюст силиконовый в руки подай
    И губы размером с вареник,
    Куда в стельку пьяные, с криком "банзай!"
    Вогнали б невымытый членик.
    Как приторной лестью наполнена речь,
    Про звезды и райские пляжи,
    Чтоб девку в кроватку скорее завлечь -
    И звездочка на фюзеляже!
    И вот, от желанья уж тело болит
    И похоть затмила вам очи -
    Три жалких минуты - стандартный лимит
    и храп мордой в стену полночи...
    Влюбилась девчонка, да только не в то,
    Доходит тихонько до ручки,
    Смотря, как на заднем сиденье авто
    Имеет он пьяную сучку.
    Обычная девушка милая,
    Без тюнинга и блеска стразов.
    У вас же идея нехилая -
    Нужна в пероксиде зараза!
    Таскать ее по вечеринкам
    И пальцами грязными мацать,
    Чтоб фотками "я и блондинка"
    Друзьям-неудачникам хвастать.
    Но мы не сдаемся, не стонем,
    Что нету нормальных на свете.
    Мы сами судьбу свою строим!
    За близких своих - Мы в ответе!

    Вот вам и старые, и новые песни о главном. Ничего в этом мире не меняется. Только детали. Но не суть…

    P.S. Кстати, забавная деталь, обратите внимание. Гоголевская Оксана – жгучая брюнетка. Откуда делаем вывод, что миф о безмозглости блондинок – порождение современной культуры, всего лишь новодел, а не исконная сущность.
    Tanevich​
     
  3. Vita

    Vita Старожил

    Вот первая работа. Я разместила, а голоса автору - Tanevich
     
  4. Hobo

    Hobo Завсегдатай

    Ответ: Конкурс эссе к 200-летию Н.В.Гоголя

    ...Придет ли времечко
    (Приди желанное!).
    Когда народ не Блюхера
    И не милорда глупого,
    Белинского и Гоголя
    С базара понесет?

    Н. Некрасов

    Что для меня Гоголь? Очень сложный автор! Как определить мое к нему отношение? Что может стать критерием? Может быть, первые, детские еще, впечатления от его произведений.
    Старый казачий хутор в степи. Маленький дом, вокруг которого древние вишни. Плетень во дворе. Далекий костер, видный в ночи за много километров. Огромные летние звезды и летучие мыши на улице. И самодельный фонарик под одеялом. Добытая из дедовской библиотеки книга, на обложке которой написано «Вий». И мурашки по коже ночью от шороха за окном, вздрагивание от крика ночной птицы, от скрипа деревьев в саду. Великолепный, завораживающий, затягивающий язык повествования.
    Странный мир с ведьмами, русалками, чертями. И тем не менее – такой настоящий. Ощущение сказки. Страшной и смешной, но почти всегда с хорошим концом. А утром – большие добрые дядьки, которые были очень похожи на гоголевских героев. И вредная соседка – определенно, ведьма…
    И ночевки на Хопре, когда поздним вечером вода, как зеркало и за много километров с ближайшего хутора доносится казачья песня… Как это перекликалось с гоголевскими книгами. И природа родного края долго ассоциировалась у меня с его произведениями.
    Это уже потом, через много лет прочитал у Есенина то, что зацепило так же:

    Гой ты, Русь, моя родная,
    Хаты - в ризах образа...
    Не видать конца и края -
    Только синь сосет глаза.

    Как захожий богомолец,
    Я смотрю твои поля.
    А у низеньких околиц
    Звонно чахнут тополя.

    Пахнет яблоком и медом
    По церквам твой кроткий Спас.
    И гудит за корогодом
    На лугах веселый пляс.

    Побегу по мятой стежке
    На приволь зеленых лех,
    Мне навстречу, как сережки,
    Прозвенит девичий смех.

    Если крикнет рать святая:
    "Кинь ты Русь, живи в раю!"
    Я скажу: "Не надо рая,
    Дайте родину мою".

    А потом была школа. И портрет носатого дядьки на стене, который постоянно с нее падал. И ненавистные сочинения по творчеству Гоголя, когда нужно писать не то, что думаешь, а то, что надо вредным теткам. Зачем? Ну не мог я понять, как можно было принять за ревизора Хлестакова, который с Осипом собирает бутылки, для того, чтобы поесть хотя бы, уж не говорю, чтобы уехать! Принять этого оборванца за ревизора! Насколько же нужно быть напуганным, как нужно бояться этой проверки сверху! То есть действительно у страха глаза велики. Ибо ничто не выдаёт в Хлестакове ревизора! Но, естественно, свою ошибку люди считают чужой ошибкой. В параллель с современной жизнью это произведение укладывается элементарно. Оно злободневно во все времена. Мир власти жесток, не дай бог, кто-то туда сунется, он карает серьёзно, немилосердно. Но написать об этом школьное сочинение в те времена….
    А потом взрослеешь и приходит настоящее ощущение того, что действительно хотел сказать писатель. Вопреки школьной программе. Опять же, для каждого – свое собственное. Для меня вдруг оказалось открытием, что любимый поэт Есенин написал это под влиянием творчества Гоголя:

    Не жалею, не зову, не плачу,
    Все пройдет, как с белых яблонь дым.
    Увяданья золотом охваченный,
    Я не буду больше молодым.
    Ты теперь не так уж будешь биться,
    Сердце, тронутое холодком,
    И страна березового ситца
    Не заманит шляться босиком.
    Дух бродяжий, ты всё реже, реже
    Расшевеливаешь пламень уст.
    О, моя утраченная свежесть,
    Буйство глаз и половодье чувств.
    Я теперь скупее стал в желаньях,
    Жизнь моя? иль ты приснилась мне?
    Словно я весенней гулкой ранью
    Проскакал на розовом коне…
    Все мы, все мы в этом мире тленны,
    Тихо льется с кленов листьев медь...
    Будь же ты вовек благословенно,
    Что пришло процвесть и умереть.

    Многое стало понятным при внимательном прочтении поздних гоголевских строк:
    «Прежде, давно, в лета моей юности, в лета невозвратно мелькнувшего моего детства, мне было весело подъезжать первый раз к незнакомому месту: всё равно, была ли то деревушка, бедный уездный городишка, село ли, слободка, - любопытного много открывал в нём детский любопытный взгляд…»
    “Теперь равнодушно подъезжаю я ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на её пошлую наружность, моему охлаждённому взору неприютно, мне не смешно, и то, что пробудило бы в прежние годы живое движенье в лице, смех и немолчные речи, то скользит теперь мимо, и безучастное желание хранят мои недвижные уста».
    И Гоголь вдруг оказался для меня совсем другим человеком.
    А потом начал доходить и смысл его Петербургского цикла. Акварельные фасады лимонно-желтых и нежно-фисташковых зданий, отражающиеся в темной глади Невы, каналы, тенистые сады, ажурный взлет мостов и казавшаяся гигантской фигура Медного всадника, простершего свою длань над городом. И темные дворы-колодцы. Контрасты блеска и нищеты. Не только материальной, но и духовной.
    Прошло почти двести лет, жизнь вокруг изменилась до неузнаваемости, а люди в России остались такими же… Да и проблемы те же. Вот почему уже больше полутора столетий нас так трогает история скромного титулярного советника, на которого даже сторожа департамента, в котором он служил, «не глядели …, как будто бы через приемную пролетела простая муха»? Потому и бессмертны творения Гоголя, соединяющие в себе комическое и трагическое, наполненные доброй, сочувствующей улыбкой и негодованием, скрытым под маской иронии, что они всегда актуальны.
    Столичная жизнь. Власть золотого тельца. Полное отрицание значимости «маленького человека», или любого, кто не принадлежит к «богеме». Стремление «сделать карьеру» и отвержение основных человеческих ценностей. Всепроникающая жажда наживы, развлечений и «сытой жизни». Разве этого сейчас нет? Оглянитесь вокруг, посмотрите новости по страшному ящику с картинками. Ничего не меняется. И бегает сейчас где-то бедный Акакий Акакиевич за своей шинелью, мыкаются по Руси чичиковы, а кто правит? Носы? Сквозник-Дмухановские? Ляпкины-Тяпкины? «Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа».

    Куда ты тройка мчишься,
    Куда ты держишь путь.
    Ямщик упился вусмерть,
    Или просто лег вздремнуть.
    Как указано святыми,
    Все висит на волоске.
    Я гляжу на это дело
    В древне-русской тоске…
    (Б.Г.)
    Так хочется иногда бросить всю эту суету, взять с полки книгу и уйти в мир, созданный ранним Гоголем. Мир простых, сильных, мудрых людей, которые живут, опираясь на вечные человеческие ценности. Где, хотя каждая третья баба на базаре – ведьма, справиться с ней легко, просто насыпав соли на хвост. Где казаки пьют в придорожном шинке горилку в обнимку с чертями и сам черт им не брат. Где пылится степная дорога и светится в ночи Чумацкий шлях. И горит путеводная Полярная звезда величиной с кулак. Куда ты тройка мчишься…
     
  5. Anfisa

    Anfisa Завсегдатай

    Хобо, мне понравилось :) ты похоже, параллельно готовишь еще эссе на тему творчества Есенина? Уже первые намётки есть...
     
  6. Hobo

    Hobo Завсегдатай

    Есенин и Блок - мои любимые поэты. Легко...:)
     
  7. FUNDUK_80

    FUNDUK_80 Старожил

    Ответ: Конкурс эссе к 200-летию Н.В.Гоголя

    (гы, можете этот пост считать внеконкурсной работой :))

    Николаю Васильевичу посвящается.​


    Писатель и чёрт.

    - А ещё, хлопцы, ходит по степи такая байка, - чубатый казак многозначительно умолк и принялся прочищать чубук трубки.
    Андрий нетерпеливо повел головой. Дмитро (так звали казака, взявшего хлопцев с собой в ночное) усмехнулся. Молоко ещё на губах не обсохло, а туда же. Подавай ему историю за сказкой, байку за песней, а за ними - начинай заново. Одно слово – барчук. Вон, второй хлопец – Тараска, моложе Андрия на год, а всё ж, с догадкой хлопец. Чует, что Дмитро Воля – не ярмарочный побасечник, ему тоже отдых требуется. Ну да ладно, языком волочить – не камни грузить. Можно и рассказать.
    - Жила на дальнем хуторе вдова одна. Тихо жила, одиноко. В шинок не ходила, парубков разгульных не привечала, а коли что, могла так вилами отходить охотников до женского пола, что, прости Господи меня грешного, уж и не ходоки они были вовсе. (Дмитро хитро крякнул.) Был у вдовы сын, Микола. Не по годам разумный рос хлопец. Грамоту в три года выучил. Через год читал и писал, так, что весь хутор к нему, а не к Онуфрию Писарчуку, грамотку какую бегал писать. Вдове, тю, забыл... как же её звали, ну да Господь с ней, через сына почет и уважение от односельчан, даже пан – и тот нет-нет, а монету-другую «на вспомоществование» передаст.
    И решила вдова, что негоже ей сыновий талант в глуши сельской губить. В Киев надобно сыну, науки постигать, да людям пользу умом своим приносить. Бабы, правда, потом долго ещё гуторили, что, мол, вдова закрутила со старостой, вот Миколу в город и отправила, поди мешал сын шашни крутить. Да дурость это всё! Бабья дурость, а коли не так – я вот эту трубку, - Дмитро грозно оглядел притихших хлопцев, - проглочу.
    Тараска тихонько прыснул. А ведь занятно было бы поглядеть, как дядька Дмитро будет с трубкой в пузе ходить. А-ну, как дым пойдёт? Вот смеху-то будет! Надо рассказать Андрию – а вдруг тут придумает, как трубку незаметно подобрать, да и… Крепкая затрещина враз остудила шкодника. Вернув себе внимание почтенной публики, Дмитро продолжил. Правда, опустил значительный кусок – чтобы на будущее озорничать неповадно было.
    - И стал Микола жить-поживать, да горя не знать. Писателем стал, уважаемым человеком. Господа его сочинительства читали, да хвалили, редактора всякие прям силком в журналы свои просили пьесу написать. Деньги у Миколы завелись. Не то, чтобы много (много денег только у панов, да разбойников бывает), но на краюху хлеба, шмат сала, да чарку вина завсегда было. Хорошо всё было у Миколы, так хорошо, что и сказать, чтоб не сглазить, невозможно.
    Вот видно и сглазили люди недобрые, завидущие.
    Положил на Миколу глаз чёрт один. Не первостатейный, не Вельзевул какой, но и не самый завалящий, какого, разве что, на картинках срамных рисуют…
    - Погодь, дядя Дмитро, - перебил казака Андрий. – Мне mon papa говорил, что чертей не существует, что это выдумки всё, фантазия!!!
    - Это у вас в Чернигове, может, чертей и не существует, - Дмитро ухмыльнулся – ох любят паны детям своим голову всяческой ерундой забивать. – А в Киеве, вот те крест, существуют. Так вот, приметил Миколу чёрт, да решил извести. Да так, чтобы под корень, чтобы и памяти о Миколе да книжках его писательских в народе не осталось. Долго бился чёрт: и цензуру на Миколу натравливал, и болезнями мучал, и друзей фальшивых подсылал. Да всё впустую! Уж и так чёрт подбирался, и эдак, а только один кукиш у него выходит.
    Решил чёрт в последний раз счастья попытать. Прикинулся священником, да и отправился Миколу с пути истинного совращать. Хитро действовал чертяка: не сразу в дом к Миколе вломился, а исподволь, через знакомых да друзей стал подбираться. Где совет дельный даст, где душу от зла малого освободит, так и подобрался к Миколе. Поверил ему писатель. Исповедоваться стал. А на исповеди-то, чёрт и говорит: «Сожги ты рукопись свою, что писал не один год. Сожги её поганую, что душу из тебя по – кусочку вынимала. Сожги и тогда прощены тебе грехи будут». Засомневался Микола, да чёрт неотступен: пока не сожжешь, не видать тебе рая небесного.
    И согласился Микола.
    В костре громко хрустнула ветка. Андрий и Тараска, как один, вздрогнули и подсели к Дмитро поближе. Страшно, всё-таки!
    - Вернулся Микола домой после исповеди, слуг всех выпроводил, огонь в камине разжег, да стал кидать в камин рукопись. Листок за листком, строка за строкой. Кидает и чувствует, как жизнь его вместе с листами уходит. Пробует остановиться Микола, а не может. Словно заговоренный всё кидает и кидает в огонь свою жизнь. Вот уже треть книги пропала, вот половина исчезла, вот в руках у него всего пара листков осталась. Попробовал Микола и их отправить к собратьям в печь, да не смог. Смерть остановила.
    Так его утром слуги и нашли: у камина, судорожно сжимающего последние свои строки.
    А чёрту только того и надо. Стал он слухи по земле нашей сеять: мол, сумасшедший Микола был, дурные книжки писал и по-дурному концы отдал. Мол, возгордился, посчитал себя первым человеком в мире божьем, а посему забыть нужно добрым людям его книги, его имя.
    Да только народ наш умнее чёртовых слухов оказался. Помнят Миколу люди, книги его читают, да добрым словом поминают. Иногда, правда, какая дурная голова всё же наслушается слухов, попробует в Миколу грязью кинуть, но, Господу слава, честные казаки сразу тому дурню объяснят, что есть правда, а что – кривда.
    - Дядя Дмитро, а к чему вы нам эту байку рассказали? – вдруг спросил Андрий.
    - Эх, хлопцы, всё вам объясни, да разъясни – небось своя голова на плечах есть, вот сами и думайте, - Дмитро усмехнулся. – Ну да ладно, скоро уже третьих петухи пропоют, а мы всё балакаем. Ну-ка, быстро спать, а коли ослушаетесь – так за уши оттягаю, что мамка родная не узнает, клянусь своей трубкой…​
     
  8. Vita

    Vita Старожил

    Я ждала еще больше голосов в оценке конкурсных работ.
    Но любой конкурс должен иметь достойное завершение.
    Tanevich достается приз: сборник рассказов Аркадия Аверченко
     
  9. Dr.Muller

    Dr.Muller Активный пользователь

    Аверченко и Гоголь - ну рассмешите меня ещё чем-нибудь...
     
  10. Лаврентий

    Лаврентий Пользователь

    Пелевин и Гоголь, Гоголь и Донцова, Гоголь-Моголь...
     
  11. ViewSonic

    ViewSonic Активный пользователь

    Гоголь Н.В. очень сильно мучился всю жизнь, его жизнь была для него адом - его никто не понимал, у него не было друзей, у него не было любимой женщины - всё его творчество это выражение его одиночества. Никогда и никто не сможет повторить боль его души и его воспалённого мозга.
     
  12. Liga

    Liga Активный пользователь

    а я до сих пор не могу дописать свой ответ Чемберлену.. от блин. мож к 250 получицца..
     

Загрузка...